В гостях у Тамары Москвиной

Модератори: аврора, Nadya, loter

В гостях у Тамары Москвиной

Мнениеот аврора » Сря Окт 18, 2017 10:10 pm

http://www.sport-express.ru/figure-skat ... y-1322245/

Изображение

Юрий ГОЛЫШАК,
Александр КРУЖКОВ
из Санкт-Петербурга

За Москвиной мы не успевали все утро. Она взлетает по лестнице на какой-то там этаж – а мы пыхтим где-то позади. Голос доносится словно эхо:

– Молодые люди, где вы?

Вот и думай, кто здесь "молодой человек"...

Ладно – мы, кажется, никто не поспевает за Тамарой Николаевной в этом городе, где осень так прекрасна.

Три часа спустя она справится:

– Куда вас довезти? До центра? Или до метро? Машинка у меня скромная. Но бойкая.

Счастье, что соглашаемся на вариант номер два – "фольксваген" Москвиной и впрямь оказывается "бойким". Срывается с места так, что из-под колес тянет паленой резиной. Долетаем за минуту. Оставив и здесь позади всех на свете.

– У нас с Игорем Борисовичем сегодня вечером party… – выговаривает Москвина и смеется. – Едем в Английский клуб.

Игорю Борисовичу Москвину, великому тренеру, – 88. Мы слышали, до сих пор рвется на лед, учить хоть взрослых, хоть малышей. Но Тамара Николаевна мужа удерживает – 88 есть 88. Вот Английский клуб – это ж совсем другое дело. Пускай!

– Приходите еще, – улыбается нам на прощание Тамара Николаевна.

– Жили б мы в Питере – ходили бы к вам каждый день, – говорим мы чистую правду.

Смотрим вслед стремительно тающему "фольксвагену". Переглядываемся. Выдыхаем.

Вот это человек!

…Мы не просто приезжали из своей Москвы засвидетельствовать почтение – был повод. Слышали, открылась еще в марте у Тамары Москвиной своя школа. К которой прилагается целый дворец. Как не посмотреть, как не напроситься на экскурсию?

Дорога от "Елизаровской" кажется бесконечной, а главное, дворца не видно. Ни впереди, ни сбоку. Мы сверяемся с номерами домов – те уводят все дальше. Тьфу ты, пошли не в ту сторону!

Возвращаемся назад – чем дальше, тем просторнее становится. Здесь-то места полно. То парк, то пустырь. Школа видна издалека. Уж строить так строить. Очень скоро сама Москвина нам расскажет – никогда о свей школе не мечтала.

Но увидев такой размах, в этот дворец наверняка влюбилась. Обстановка милейшая, даже охрана куда любезнее, чем на хоккее:

– Тамары Николаевны пока нет. Ольга здесь. Давайте к ней проведем?

Ольга – очаровательная дочка Москвиной. Похожая одновременно и на Тамару Николаевну, и на Игоря Борисовича. Включен компьютер, рядом ворох документов. Думаете, своя школа – это просто?

Москвина появляется секунда в секунду. Договаривались в одиннадцать – в одиннадцать дверь распахнулась. Точность такая, что мы вспоминаем Бескова – тот специально ждал за углом, чтоб зайти в клубный автобус секунда в секунду. Причуды великих.

Мы идем по дворцу и готовы охать. Вот это потолки! Вот это размах! Это не просто школа – здесь можно проводить какие угодно соревнования. Представляем, какой кайф заниматься малышам. Единственное, на чем сэкономили, – на кабинете самой Москвиной. Неловко повернешься – что-то да заденешь. Тренерская, в которую впорхнула Елена Бережная, куда просторнее. Догадываемся, это Москвина самую крошечную комнатушку в этом дворце себе и выбрала.

Тамара Николаевна ведет нас с этажа на этаж, проводит рукой по сторонам – и сама, кажется, не верит в это чудо. Хоть месяцы прошли с открытия.

Тем же вечером нам объяснит другой герой: "почетных граждан" Санкт-Петербурга всего-ничего, многие великие люди этого города "почетными" так и не стали, а Тамара Николаевна – "почетный гражданин". Кому еще помогать, как не ей? Кому еще строить школу?

Изображение

Мы рассматриваем фотографии в тренерской комнатушке. Москвина режет сало – готовится угощать корреспондентов. Отвлекается на секунду, указывает ножиком:

– Вон, видите ту? Это мы с Черномырдиным танцуем…

Мы всматриваемся. В самом деле – Черномырдин!

– Как он в танце?

– Не помню. Я под кого угодно подстроюсь.

Замечаем карточку жухлую, но совершенно чудесную. Вот Людмила Белоусова, вот невероятно похожий на Хармса Олег Протопопов. Рядом кто-то еще.

– Кто это?

– Что вы! Неужели не узнали? – Москвина отрывается от сала. – Это ж Пегги Флеминг, знаменитая американка. А это Эммерих Данцер, австриец…

Как же мы могли забыть.

А кусок сала Москвина нам еще в дорогу завернула.

Идем осматривать дворец – тот оказывается чудесным. Все как в сказке.

– Лифта нет, – замечает Москвина.

Мы молчим, но думаем, кажется, одно и то же: зачем ей лифт? С таким-то проворством?

А Тамара Николаевна продолжает – будто наблюдая за собой со стороны:

– Вот исполнится восемьдесят – будет и лифт.

С чувством юмора Москвина дружит.

– Вы долго в Питере?

– Уж третий день. К Тамаре Маниной собираемся, знаменитой олимпийской чемпионке 56-го.

– Ну как же! – всплескивает руками Москвина. – Тамарочке большой-большой привет! Мы ж с ней почти одного возраста…

– Между прочим, Манина в свои восемьдесят три автомобиль водит, но этим вас не удивить. Еще она на шпагат садится.

Мы знали, для чего закидывали мысль, – и все сбылось. В глазах Москвиной сверкнула искорка.

– Шпагат? Это что! Я могу сейчас стойку сделать. Все телеканалы мира поражала.

На такое мы никак не рассчитывали. Если речь о той самой стойке, про которую думаем, конечно. Когда-то Высоцкий завидовал мускулатуре Николая Губенко, закончившего цирковое училище. Раскачался сам – и личной вершиной считал ту самую стойку. Или не ту?

Но Тамара Николаевна, кажется, не расположена демонстрировать акробатические этюды. Думает, москвичи простодушные, поверят на слово. Не тут-то было!

– Что за стойку? - притворяемся непонятливыми.

– Да на предплечьях же! Неужели не знаете?

Пожимаем плечами. Впервые слышим.

– Да вот как! – горячится Москвина. Скидывает туфельки, ложится на пол.

Вот это да! Не обманывают ли нас глаза? Тамара Николаевна приподнимается на руках, удерживает тело параллельно земле. Отрывает ноги от пола – и держится вот так. Еще и подмигивает нам.

Изображение

– Успели снять? Или света маловато? Тогда давайте вот здесь повторю, хотя пол скользкий…

Господи. Что ж это за чудеса?!

Москвина замечает для на­дежности:

– Командуйте – три-четыре…

– Три-четыре, – робко выговариваем мы. Трюк повторяется. Только спина еще ровнее.

– Повторишь? – шепотом уточняю у коллеги Кружкова.

– Едва ли…

Москвина поднимается:

– Эта фотография в газете будет? Тогда сверху обязательно напишите – "76!" Неплохо, да?

– Сильнее вы поразить не могли, - констатируем мы на ходу.

– Ну, молодежь! Надо же вас чем-то… – Москвина замедляет шаг и выговаривает громко, отчетливо: – ПОРАЖАТЬ!

– Прежде мы работали в "Юбилейном". Была у нас так называемая Академия фигурного катания. В этом году будем праздновать 50-летие "Юбилейного", а открывали его когда-то мы с Мишиным. Помню, вручили нам символические ключи. Знать бы, где они сейчас, в каком музее…

– Мишин сейчас чем занимается?

– Остался в "Юбилейном". В свое время хотели дать школе имя Мишина и Москвиной, но выяснилось – в бюджетной организации это возможно только через 30 лет после кончины. Если только в исключительных случаях – раньше. А здесь не государственное предприятие. Поэтому и называется "Школа Тамары Москвиной".

– Школу вашу открыли в марте?

– Да. Полтавченко был на открытии, Миллер. Алексей Борисович вырос здесь, в Невском районе. Учился в 330-й школе, как и я!

– Вы тоже выросли неподалеку?

– Папа вернулся с войны, ему дали в этих краях двухкомнатную квартиру. Мы, три сестры, спали в одной комнате на полуторной кровати. Валетом. Для "Спорт-Экспресса", наверное, Невский район ничего не значит?

– Что вы.

– Сейчас столько парков здесь делают, красят фасады. Красота! А был рабочий район. Вон стенд – к столетию района. А был еще один, с моими учениками. Но куда-то унесли. Я уже розыск объявила. Надо вернуть!

***

В середине льда выписывают немыслимые фигуры две девчонки-фигуристки. На бортике дожидаются их синий плюшевый кролик и белый пес.

– Это не просто так! – указывает Тамара Николаевна. – Это дело серьезное. Талисманы!

Фотографируем и талисманов, и хозяюшек.

Изображение

Москвина подзывает девчат – те отчего-то пугаются.

– Становитесь-ка возле ваших зверей. Это кто?

Девчата переглядываются.

– Собака, – выдавливает одна.

– Как зовут?

– Стич…

– А этот?

– Этот – Мич.

– Стич и Мич! – с торжеством выговаривает Москвина. – Идем дальше. В женскую раздевалку.

Изображение

Мы оживляемся – чего только не услышишь в женских банях, в женских раздевалках.

Узнаем на ходу, что в школе Москвиной работают олимпийские чемпионы – Елена Бережная и Олег Васильев. Вот это уровень.

– Подождите секундочку. Скажу, чтоб оделись.

В раздевалке встречают нас еще две юные фигуристочки. Здороваются хором, по отмашке Москвиной:

– Три-четыре…

– Здрав-ствуй-те!

Тамара Николаевна замечает беспорядок – и разбирается в секунду:

– А поступаю я вот так.

Сбрасывает фантики и еще что-то на пол. Прямо под ноги.

– Кто это оставил – потом придет, увидит, и стыдно станет.

Мы вспоминаем, как жаловался в интервью на супругу Игорь Москвин – снова выбросила любимую рубашку!

– Ну да, – усмехается она. – Так и надо. Нельзя жить среди старья. А у этих девчат все есть – и душ, и кофе-машина, и диван, где можно прикорнуть. Идем в зал.

Изображение

– Ну-ка, Гриша, возьми ее, подними! – Голос Москвиной впервые за утро звучит строго.

Худенький мальчонка берет напарницу, поднимает и держит на вытянутой руке. Откуда только силы? Килограмм сорок-то в ней есть.

– А вот еще одна фигуристка. – Москвина указывает на кожаный манекен. Набитый чем-то увесистым. – Эту уронишь – ей небольно. Зовут Фрима. Сколько в ней килограмм-то, Гриша?

– Сорок! – горделиво отвечает тот. Поднимает и эту "партнершу" одной рукой. – У нас еще одна есть, та сорок пять весит.

– Но это не то, – подытоживает наша героиня. – "Живой" вес отличается сильно. Вибрирует, перетекает…

Изображение

Тамара Николаевна – мечта фотографа. Как скажут, так и позирует.

– Не то что Капелло, – шепотом говорит наш прекрасный фотохудожник. – Того попросила чуть повернуться – он орать начал на итальянском. Думал, я этих слов не знаю.

– А давайте с коньками? – предлагаем Москвиной. – У вас ведь есть коньки?

– Ха! – усмехается она. – Есть ли у меня коньки!

Исчезает и возвращается через секунду. Мы слышали про какие-то невероятные, бронзовые коньки Москвиной, на которых столько выиграно. Да и Москвина тогда носила, кажется, фамилию Братусь.

Но эти коньки на вид вполне современные. А прежние там, где символические ключи от "Юбилейного".

Тамара Николаевна показывает пальцем, как проверяют коньки.

– Во-о-т… Но это только мужчины!

– А девчата?

– Дамы просто отдают мастеру – и все. Смотрите, кто пришел! Лена Бережная!

Мы оглядываемся – в самом деле. Олимпийская чемпионка кивает в ответ и спешит в свою комнатку. Вот-вот тренировка.

– А можете конечки перекинуть через шею? – просим Москвину.

– Вообще-то у фигуристов считается неприличным вот так, через шею. Но для вас – так и быть…

– Эстетическую составляющую давайте поправим, – советует наш фотограф. Бог знает, о чем это они, люди с художественным вкусом. Но Москвина тут же улавливает, о чем речь.

Меняет одну рубашечку, другую. Обнаруживая в тренерской целый гардероб. Посмеивается над нами и собой:

– Давайте надену очки и возьму газету. Как будто у меня дела. Нет, лучше расписание. Так солиднее. Идут мне эти очки?

– Не то слово.

– Девятьсот девяносто рэ! Могу сказать где. Места надо знать.

Мы садимся в кабинете директора – и достаем листочек с вопросами. Теми, которые задать не успели.

– Официальное название школы – "Спортивный клуб фигурного катания Тамары Москвиной"…

– Примерно год назад мне позвонил Антон Сихарулидзе, мой ученик, который в ­2002-м в паре с Еленой Бережной стал олимпийским чемпионом. Спросил: "Как отнесетесь к тому, что на одном из катков Петербурга организуем школу вашего имени?" "Это было бы здорово", – ответила я. Хотя, если честно, в реализацию проекта поначалу не верила. Все-таки дело хлопотное, да и весьма затратное. Кстати, могу через вашу газету поблагодарить несколько человек?

– Разумеется.

– Алексея Миллера – за предоставление ледовой арены, построенной в рамках программы "Газпром" – детям". И Антона Сихарулидзе с Евгением Першиным, акционеров "Газэнергосервиса", которые часть средств компании решили направить на содержание клуба. Без поддержки этих людей ничего бы не было. А знаете, что для меня самое приятное?

– Что же?

– Антон был депутатом Законодательного собрания Санкт-Петербурга, потом заседал в Госдуме, но я никогда не заводила речь об открытии собственной школы, ни о чем не просила. Все это исключительно его инициатива. Антон сказал: "Будем возвращать славу городу, который в свое время подготовил много олимпийских чемпионов по фигурному катанию".

– Почему школа находится именно в Невском районе?

– Сначала рассматривали каток в центре – в Таврическом саду. Но там уже детишки занимаются, сформированы группы. Зачем что-то закрывать, настраивать людей против себя? У всех был бы неприятный осадок. Решили поискать другие варианты. Вскоре нам предложили вот этот комплекс на улице Бабушкина. Он еще достраивался. Здесь две ледовые арены, так что конкуренции между хоккеистами и фигуристами не будет. Торжественное открытие, на котором присутствовали губернатор Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко и глава "Газпрома" Алексей Миллер, состоялось в марте. И закипела работа.

– Занятия бесплатные?

– Конечно!

– Вы пригласили Олега Васильева, Елену Бережную. Сколько надо платить таким специалистам?

– Зарплаты у нас выше, чем в бюджетных школах. Но так как наши тренеры работают с фигуристами самого высокого уровня, на частные уроки уже не хватает ни времени, ни сил.

– Вы о подкатках?

– Совершенно верно. Сегодня это основной заработок многих моих коллег. В разы превышающий фиксированный оклад.

Изображение

– Значит, тренировать фигуристов топ-класса невыгодно?

– Это правда. Легче становится, когда они попадают в олимпийскую сборную. Тогда сразу появляются дополнительные источники финансирования.

– Вы пытались привлечь в школу Артура Дмитриева, Алексея Урманова, Оксану Казакову…

– Дмитриев тренирует в Москве, всем доволен. Ну и какой смысл срываться? Такая же история с Алексеем Урмановым, который работает в Сочи. Его тоже звала, но возвращаться в родной город пока не планирует. Был у меня разговор и с Соколовым, и с Великовыми, которые трудятся в академии фигурного катания Санкт-Петербурга.

– Что ответили?

– У них там хорошие условия – как творческие, так и финансовые. Плюс живут рядом с катком, добираются до него пешком или на велосипеде. Удобно. Сюда же, в Невский район, ездить далековато. Что касается Казаковой, то приглашала ее неоднократно, когда она еще работала в академии имени Лесгафта. Оксана была настроена скептически, до конца не верила, что школа откроется. А потом я уже не звонила. Решили взять на работу тех, кто действительно этого очень хотел.

– На днях завершили карьеру Юко Кавагути и Александр Смирнов. Они тоже войдут в ваш тренерский штаб?

– Надеюсь. Ребята и сейчас, когда время позволяет, помогают нам. Но готовы ли работать на постоянной основе? Пока у меня нет ответа. К тому же у Саши большая семья, ипотека. В такой ситуации решение финансовых задач неизбежно выходит на первый план.

– Если б могли пригласить в тренеры вашей школы кого угодно, кто бы это был?

– Лучшие тренеры одиночного катания. Но все они успешно работают в Москве. Кроме Алексея Мишина. А у него в Петербурге своя школа – "Звездный лед".

– Ваша школа собирается делать упор на парном катании?

– Нет. С одиночниками занимается Вероника Дайнеко, а с группами парного катания – Олег Васильев, Елена Бережная и Артур Минчук.

– На Играх в Пхенчхане-2018 кого-то из ваших учеников вряд ли увидим?

– Да. Мы же открылись всего за полгода до Олимпиады, когда никто из спортсменов без веской причины не меняет школы и города. Ну а дальше будет видно.
Аватар
аврора
Модератор
Модератор
 
Мнения: 16062
Регистриран на: Нед Апр 27, 2008 12:25 am
Местоположение: Русия Санкт-Петербург

Назад към Статии и интервюта. Звездите на фигурното пързаляне

Кой е на линия

Потребители разглеждащи този форум: 0 регистрирани и 2 госта